О том, что повторенье - мать ученья

В Scientific American статья исследователей, определяющая, что отличает людей умных от остальных. Детей разделили на две группы - те, кому сказали, что ум - это что-то врожденное и обусловленное генами и те, кому рассказали, что интеллектуальные качества, как и другие, следует тренировать для полного их проявления. Результат? При относительно одинаковом старте вторая группа продемонстрировала значительно более ощутимый прогресс, так как в процессе обучения сталкивалась с ошибками, однако считала их нормальным явлением, в то время как дети из первой группы при наличии первых же ошибок делали выводы, что не дано им в этой жизни заниматься интеллектуальными проектами:

Several years later I developed a broader theory of what separates the two general classes of learners—helpless versus mastery-oriented. I realized that these different types of students not only explain their failures differently, but they also hold different “theories” of intelligence. The helpless ones believe that intelligence is a fixed trait: you have only a certain amount, and that’s that. I call this a “fixed mind-set.” Mistakes crack their self-confidence because they attribute errors to a lack of ability, which they feel powerless to change. They avoid challenges because challenges make mistakes more likely and looking smart less so. Like Jonathan, such children shun effort in the belief that having to work hard means they are dumb.

The mastery-oriented children, on the other hand, think intelligence is malleable and can be developed through education and hard work. They want to learn above all else. After all, if you believe that you can expand your intellectual skills, you want to do just that. Because slipups stem from a lack of effort, not ability, they can be remedied by more effort. Challenges are energizing rather than intimidating; they offer opportunities to learn. Students with such a growth mind-set, we predicted, were destined for greater academic success and were quite likely to outperform their counterparts.

Напоминает одну из историй Джоэла Спольски, где в разговоре со своим другом, который торгует облигациями на Уолл Стрит, Спольски понимает, что человек думает на очень высокой скорости о падении и росте определенных компаний, о необходимости выставить путы или коллы на их ценные бумаги и о поведении фьючерсов в целом. В то время как нормальным людям, ежедневно не торгующим облигациями, этот процесс мышления дается значительно сложнее, т.к. надо объединять в цепочку несколько логических событий. Т.е. поскольку мы не занимаемся этим ежедневно, слова трейдера нам кажутся признаком высокого ума. Для всех его коллег это просто shop talk - типичный разговор о делах рабочих.

И это не значит, что друг Спольски - кретин полный, он просто инвестировал часть своего времени в изучение принципов, ежедневно их практиковал и в итоге достиг такой быстроты мышления, которую на баскетбольном корте демонстрируют игроки NBA, и которую в битве демонстрируют мастеры кунг-фу. Аналогично в семнадцатом веке Пьер де Ферма стал одним из самых значительных математиков своего века, так и не получив математического образования - после окончания университета Ферма получил юридическую должность и математикой занимался только в свободное от судебной деятельности время.